Храм Архангела Михаила в селе Новленское Вологодского района - <
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх

1714 год. По указу Петра I в Вологде открылось первое учебное заведение - цифирная школа.

Цифирные (арифметические) школы 

1714 г. января 20 - сенату
Послать во все губернии по нескольку человек из школ математических, чтобы учить дворянских детей, кроме однодворцов, приказного чина цифири и геометрии, и положить штраф такой, что невольно будет жениться, пока сего выучится. И для того о том к архиереям о сем, дабы памятей венчальных не давали без соизволения тех, которым школы приказаны
Полное собрание законов Российской империи с 1649 года, СПб., 1830. - Т. V. -№ 2762. - С. 78.
В начале XVIII в. правительство Петра I сделало первую попытку создать на всей территории России сеть государственных общеобразовательных начальных школ, которые давали бы учащимся знания в чтении, письме, арифметике, подготовляли их к государственной светской и военной службе, для работы на заводах и верфях, к обучению в профессиональных школах. Организация общеобразовательных школ про­водилась через Военную, Адмиралтейскую и другие коллегии, магистраты, а также церковь, в распоряжении которой имелись необходимые для этого средства (помещения, учителя, известный педагогический опыт). Государственные школы для обучения детей грамоте и счету создавались при архиерейских домах, при верфях, горных заводах, воинских частях.
Первые школы подобного типа были открыты по инициативе Алексей Александровича Курбатова в 1711 г. в Архангельске, где он исполнял должность вице-губернатора. 
28 февраля 1714 г. ПетрI издал указ об открытии во всех губерниях при архиерейских домах и в больших монастырях цифирных, или арифметических, школ, в которых надлежало «учить цифири и некоторую часть геометрии». Этим актом вводилось обязательное обучение для «дворянских и приказного чина, дьячьих и подьяческих детей от 10 до 15 лет». Вскоре к обучению в цифирных школах стали привлекаться дети духовенства и купечества.
1714 г. 28 февраля
Великий государь указал: во всех губерниях дворянских и приказного чина, дьячих и подьяческих детей от 10 до 15 лет, оприч однодворцов, учить цифири и некоторую часть геометрии и для того учения послать математических школ учеников по нескольку человек в губернию ко архиереям и в знатные монастыри, и в архиерейских домах и в монастырях отвесть им школы, и во время того учения тем учителям давать кормовых по 3 алтына по 2 деньги на день, из губернских доходов, которые по именному Его Императорское Величество указу отставлены; а с тех учеников им себе отнюдь ничего не имать; а как ту науку те их ученики выучат совершенно: и в то время давать им свидетельствованные письма за своею рукою, и во время того отпуску с тех учеников за то учение имать им себе по рублю с человека; а без таких свидетельствованных писем жениться их не допускать и венечных памятей не давать.
Полное собрание законов Российской империи с 1649 года. -Т. У.-№2778.-С. 86.
Для преподавания в открываемых цифирных школах использовались воспитанники Московской школы математических и навигацких наук и Морской академии.
Организация школ натолкнулась на большие препятствия. Сохранившаяся обширная переписка по этому вопросу говорит о том, что очень многими это воспринималось как тяжкое бремя. Местные власти нередко отказывались предоставлять помещения для них и выделять средства на содержание учителей.
Большие трудности возникли и с набором учащихся, так как родители, чаще всего дворяне, отказывались отдавать мальчиков в школы, находившиеся на большом расстоянии от их места жительства. Жестокие дисциплинарные меры, применяемые в школах, также не располагали к ним детей и родителей. Учителям предлагалось выдавать ученикам по окончании школы «свидетельствованные письма за своею рукою» и следить, чтобы без таких свидетельств им не давали «венчаных памятей» (то есть разрешения жениться).
Суровые меры не принесли желаемых результатов, и учителя цифирных школ постоянно жаловались на отсутствие учащихся. Одно сословие за другим просило царя об освобождении от принудительной повинности учить сыновей в новых школах. В 1716 г. от обязательного обучения в цифирных школах освобождаются дворянские дети. В 1720 г. из разных городов стали поступать челобитные об освобождении детей посадского населения от обязательного обучения в цифирных школах. ПетрI удовлетворил просьбу купцов и приказал принимать в учение посадских детей только по желанию их родителей. Вместе с тем Петр I в «Регламенте Главного магистрата» (1721) потребовал не пренебрегать государственными школами, оказывать им всяческое содействие и магистратам всех городов заботиться о содержании малых школ для обучения детей чтению, письму и арифметике .
Число детей, подлежащих обязательному обучению в цифирных школах, все уменьшалось. В 1722 г. в связи с изданием «Духовного регламента» (1721) и организацией архиерейских школ Сенатом было указано обучать детей духовенства в этих новых школах.
Таким образом, в конце концов все сословия, за исключением тех, кого именовали разночинцами, были освобождены от обязательной посылки детей в цифирные школы.
Цифирные школы не смогли утвердиться. Они не получили поддержки в кругах дворянства и духовенства, стремившихся обособить своих детей от других сословий. Для посадских жителей школы были очень неудобными, так как находились далеко от торговых центров и посадов, общежитий и интернатов при них не имелось. Эти школы не имели достаточных средств на содержание учителей и учащихся. Грубые принудительные меры, применяемые при наборе в школы и в процессе обучения, создавали также отрицательное отношение к ним.
Хотя цифирные школы не смогли утвердиться в качестве основного типа русской школы, все же в развитии русской педагогики они имели важное значение. Они являлись первыми светскими государственными школами в провинциальной части России. Их сеть была относительно разветвленной. В них велось обучение арифметике, начальной геометрии, географии. Опыт цифирных школ послужил основанием для организации учебной работы светских школ других типов — адмиралтейских гарнизонных и горнозаводских. Многие учителя цифирных школ перешли на работу в эти школы и продолжали плодотворно трудиться в области начального обучения. http://www.alltimeages.ru/alltimes-892-1.html

Образовательная реформа Петра Великого

 

Благодаря Петру в России возникла система профессионального образования. В 1701 г. были созданы навигацкая, пушкарская, госпитальная, приказная и 42 «цифирные школы», обеспечивавшие начальное обучение математике. Гуманитарное образование обеспечивалось духовными школами, преподавателей для которых готовила Славяно-греко-латинская академия. Всего в России к 1725 году было около 50 епархиальных школ.

 

 

 

 

Вологодское купечество и школа (XVIII - начало XX века)

Кто не помнит школьника из стихотворения Н. А. Некрасова? 
Ноги босы, грязно тело,
И едва прикрыта грудь...
Не стыдися! что за дело?
Это многих славный путь.
Не без добрых душ на свете -
Кто-нибудь свезет в Москву,
Будешь в университете -
Сон свершится наяву!
Ах эти "добрые души"!.. Сколько выходцев из низов, рвущихся к знаниям, уповали на их внимание и благосклонность! И люди, готовые пожертвовать на просвещение, всегда находились. Немало таковых было и в среде вологодского купечества, более того, помощь учебным заведениям стала своего рода делом чести местных промышленников и торговцев.
Понимание необходимости образования формировалось у представителей торгово-промышленного сословия постепенно. На протяжении всего XVIII столетия они были сторонниками "практической школы". В своей челобитной в Сенат в 1719 году в ответ на Указ об учреждении цифирных школ посадские люди Каргополя, Великого Устюга, Вологды и других городов писали: "...дети-де их от десяти до пятнадцати лет обучаются купечеству и вступают в торговые промыслы и сидят в рядах за товарами".
Без энтузиазма относилось третье сословие к попыткам правительства внедрить школу профессионального характера - оно не нуждалось в профессиональной выучке и в практических областях - само было двигательной, изобретательной и деятельной силой. Но к 80-м годам XVIII столетия все более настоятельной стала потребность в некоем фундаменте - общем образовании, которое позволило бы легче справляться с практическими задачами. Эта потребность нашла отражение в депутатских наказах городского населения, представленных в Комиссию по сочинению нового Уложения: пожелание о "заведении" школ для купечества было высказано депутатами Москвы, Твери, Вологды и ряда других городов. Честь озвучить пожелания вологжан была предоставлена вологодскому купцу Андрею Блазнову.
Первым шагом, навстречу высказанным запросам, торгово-промышленного сословия стало создание при правлении Екатерины II городских бессословных школ - народных училищ.
Но пока суд да дело, вологодские купеческие дети продолжали обучаться по старинке, тем более что отнюдь не все их отцы были сторонниками школьного обучения. Многие по-прежнему считали, что обучение, не связанное с повседневной практической деятельностью, не только не способствует, а, наоборот, препятствует их делу.
Впрочем, противоречива была и политика правительства, ставившего объем получаемых знаний в прямую зависимость от социального положения. "Приходские училища должны у нас существовать преимущественно для крестьян, мещан и промышленников низшего класса, уездные - для купечества, обер-офицерских детей и дворян, гимназии - преимущественно для дворян", - гласил школьный устав, обнародованный в 1828 году. Учитывая неустойчивость купеческих капиталов, постоянное обновление этого сословия за счет выходцев из других сословий (прежде всего крестьянства), подобная регламентация права на образование совместно с причинами материального порядка оттесняла купечество от школы.
Неудивительно, что в конце XVIII - первой трети XIX века преобладало домашнее образование. О его характере можно судить по воспоминаниям архимандрита Пимена, в миру Петра Мясникова, сына вологодского купца Дмитрия Афанасьевича Мясникова: "В соседстве с нашим домом жила одна старушка, духовного звания. Учившихся нас было всего двое: я и Андрюша, также вологодский уроженец. Комната, в которой мы учились, была о двух окнах, у одного за столом учились мы, а у другого одна из сестер Пелагеи Егоровны башмачничала. Ежели когда случалось, что Пелагее Егоровне нужно было что-нибудь на столе кроить или гладить, то мы со своими книгами перебирались к окну и на нем усаживались. Должно думать, что недостаточен был запас познаний нашей учительницы или, как выражаются ученые, нехорош метод ее преподавания, потому что, проучившись у нее более двух лет, мы все-таки, ни Андрюша, ни я, ничему не выучились". Хотя юный Мясников постигал грамоту в начале XIX века, скорее всего, и отец его, и дед прошли такую же выучку.
Постигнув "азы учености", наиболее пытливые из учеников обращались к книгам, благодаря которым со временем становились всесторонне образованными людьми. Таким человеком был вологодский купец 1-й гильдии Максим Иванович Рыбников. О широте его познаний свидетельствует домашняя библиотека, насчитывавшая более семи десятков книг. В их числе не только беллетристика и литература религиозного содержания, но и книги по географии ("Российский лексикон", "Всеобщее землеописание", "Российский адрес" с приложенными картами), медицине (книги "Врачебного веществословия"), истории ("Троянская история"). В числе книг были также: "Правила для учащихся в народных училищах", поскольку Максиму Ивановичу по долгу службы (в 1783-1792 годах он был городским головой) приходилось вникать в дела открытого в 1786 году в Вологде Главного народного училища; учебники - букварь, "Руководство арифметики", "Чистописание", которыми, вероятно, пользовался сын Рыбникова Иван. От отца он унаследовал не только торговлю и Сереговский солеваренный завод, но и уважение к знаниям. Кроме отца, на становление его характера оказал влияние его опекун Стефан Иванович Митрополов, имевший обширнейшие торговые связи, в том числе и заграничные, а также некоторое время возглавлявший Вологодский городовой магистрат. Своим воспитанникам Митрополов старался дать достаточное по тем временам образование. Мы не знаем, какое образование получил юный Рыбников (списки учеников Вологодского Главного народного училища конца XVIII века не сохранились), но находящиеся в то же самое время в "призрении и воспитании" Митрополова мещанские сироты Н. Комаров и А. Пономарев были "обучены им по протчих науках и письмоводству". Иван Максимович Рыбников снискал себе в нашем крае лавры первого мецената на ниве народного просвещения.
В декабре 1814 года в своем прошении на имя директора училищ Вологодской губернии он писал: "Побуждаем будучи усердием к пользам народного просвещения, желаю я в принадлежащем мне Яренской округи Сереговском соляном заводе завести приходское училище на всем своем содержании, обязуясь как назначить для онаго пристойные покои, так и производить должное учителю жалованье, отапливать и снабдевать оное всеми потребными учебными пособиями; по склонности моей к наукам имею также желание и принять на себя должность надзирателя над оным и сверх того содержать из учеников на своем коште человек до десяти". К прошению прилагалось заверение диакона местной Успенской церкви Н. И. Аронова о готовности стать в той школе учителем: "Не токмо от должности учительской... отрещись не могу; но и за долг поставляю принять на себя оную. Положенное по штату жалованье получать имею от господина владельца Рыбникова".
Прошло полвека, прежде чем в числе основателей и попечителей школ появилось имя еще одного вологодского купца - Александра Васильевича Сорокина.
Уроженец пригородного села Турундаева, он, скорее всего, вынужден был довольствоваться домашним образованием, но в грамоте, видимо, преуспел, о чем свидетельствует его избрание еще в молодые годы турундаевским удельным головой. За время своей двадцатилетней службы на этом посту Сорокину пришлось познакомиться и с нуждами Турундаевского ремесленного училища, открывшегося, возможно, не без его участия спустя год после вступления в должность головы (1841 год).
С 50-х годов XIX века за Сорокиным закрепляется слава благотворителя, горячо сочувствующего делу народного образования: в 1852 году за пожертвования (более одной тысячи рублей) на устройство в Вологде здания духовного училища ему было "преподано" благословение Святейшего Синода, за усердие в постройке дома для женской гимназии - благодарность от Санкт-Петербургского учебного округа. В октябре 1860 года в своем доме в удельном селе Турундаево Александр Васильевич открывает школу для крестьянских девочек под названием "Сорокинская женская школа", ставшую его любимым детищем.
Уже в конце жизни, разорившийся, он не раз сожалел, что недостаточно обеспечил школу капиталом, процентов с которого стало не хватать на ее содержание, и начальству приходилось прибегать к ежегодным "пособиям" от частных лиц.
А. В. Сорокин не порывал связи со школой до последних дней14 и даже умер (1895) здесь же, в своем старом доме, нижний этаж которого был занят устроенным им училищем.
Пик благотворительной деятельности Сорокина пришелся на пореформенное время, ставшее переломным как для страны в целом, так и для ее учебной системы в частности. Огромную роль предстояло сыграть земству, взявшему дело народного образования в свои руки и заметно активизировавшему процесс развития системы учебных заведений в нашем крае.
Уставом 1872 года при каждом городском училище полагалось иметь почетного смотрителя, в обязанности которого входило содействие благоустройству учебного заведения в материальном отношении. С возникновением земских учреждений и реорганизацией городского самоуправления третье сословие получило дополнительные рычаги воздействия на развитие школьной сети. Кроме того, основываясь на давнем принципе "по богатству и честь", богатое вологодское купечество не только встало во главе городской думы, но и явилось влиятельной силой в вологодском земстве. Одним из таких деятелей был упомянутый выше А. В. Сорокин, неоднократно избиравшийся гласным уездного и губернского земского собрания, а в 1875-1883 годах занимавший пост городского головы. В бытность его на этом посту, в 1876 году, "его трудами и заботами открыто в Вологде вполне соответствующее местным требованиям среднее учебное заведение: на месте опустевших и заросших развалин старых присутственных мест возведен грациозный корпус Александровского реального училища". На правах одного из старшин Александр Васильевич принимал самое живое участие в его устройстве. Активная жизненная позиция Сорокина выдвинула его в число "весьма крупных земских деятелей", за ним укрепилась репутация "человека, много поработавшего на своем веку для нашего края". При всей своей неординарности Александр Васильевич Сорокин не был явлением исключительным: он один из целого ряда купцов-благотворителей, чья деятельность пришлась на пореформенный период. В ряду "творивших благо щедрою рукой" и Тимофей Емельянович Колесников, купеческий сын, половина жизни которого прошла в Вологде, где "он стал для многих горожан близким и родным".
Известный, прежде всего как основатель в Вологде ночлежного дома с бесплатной столовой при нем, Тимофей Емельянович не скупился на помощь школярам: в 70-е годы XIX века он был попечителем четырех приходских училищ города Вологды, а с 1892 года стал почетным членом Общества вспомоществования нуждающимся ученицам Вологодской Мариинской женской гимназии и пр. Не забывал он и учителей, являясь, например, пожизненным членом-соревнователем Общества взаимного вспомоществования учащим и учившим в народных училищах Вологодской губернии.
Наиболее весомым его вкладом в дело обучения юных вологжан стало основание в декабре 1895 года 7-го городского приходского училища, которому вскоре (22 июня 1896) было присвоено имя жертвователя с установлением его портрета в стенах училища. Внесенная Колесниковым солидная сумма (20 тысяч рублей) позволила превратить училище в одно из наиболее благоустроенных в городе, с просторными классами, в которых в начале XX века занималось более 100 учеников. Рассчитанное на две сотни учащихся, оно принимало всех желающих, а постоянно практикующаяся помощь бедным ученикам наполняла его детьми малосостоятельных родителей.
Не остался Колесников в стороне и от потребностей общества в развитии женского образования. Он высказывает готовность создать при 1-м Вологодском городском приходском училище самостоятельное женское училище. При этом он обещает пожертвовать от себя и своей супруги, согласившейся принять обязанности попечительницы, некоторую сумму на содержание преподавательницы. Жена Тимофея Емельяновича, Александра Никифоровна, долгие годы состояла попечительницей при 2-м женском приходском училище, ежегодно передавая на его содержание по 100 рублей.
Несмотря на быстрый рост училищ, подведомственных Министерству народного просвещения, по численности они все же уступали церковно-приходским школам. Эта диспропорция имела ряд причин, среди которых (хотя отнюдь и не главная) - всемерная поддержка таких школ обществом. Православное вологодское купечество обращало свои благосклонные взоры чаще всего именно на церковно-приходские школы. "Патронаж" над ними становился подлинно семейным делом, как, например, у Белозеровых.
Белозеровы - старинная вологодская купеческая семья. Добрым словом вспоминали Николая Александровича, оставившего по завещанию (ум. в 1870) 4 тысячи рублей на обучение бедных и сиротствующих детей в приходских училищах города Вологды. Однако имя младшего из братьев - Павла - куда чаще было на устах вологжан. Он не только хлопотал о помещении в учебные заведения своих подопечных - купеческих сирот Собениных и Григория Попова-Веденского, но и инициировал открытие в Вологде училища для девочек. ;"Вологодские губернские ведомости" в январе 1872 года писали: "К общей готовности помочь доброму делу открытия элементарных училищ для девочек присоединилась готовность одного частного лица еще шире распространить внимание к устройству училищ. Это лицо пожелало открыть во 2[-й] части, взамен смены для девочек, не только самостоятельное отделение, но самостоятельное женское училище, посвятив его памяти принесения в 1871 году в Вологду для избавления жителей от холеры из Семигородней пустыни Кадниковского уезда чудотворной иконы Успения Божией Матери ... с наименованием училища Успенским". Этим "частным лицом" был Павел Белозеров. Для вновь создаваемого училища он передал дом во 2-й части Вологды, а также 2 тысячи рублей, проценты с которых должны были пойти на содержание учебного заведения. В марте 1872 года Вологодская городская дума постановила: в знак признательности и для "увековечивания в потомстве памяти жертвователя ... изготовить его портрет, который и поместить в означенном училище". (Лишь четыре года спустя это решение было утверждено государем). В том же 1872 году вклад П. А. Белозерова в развитие народного просвещения был отмечен золотой медалью "За усердие" на Владимирской ленте.
Успенское женское приходское училище Павел Александрович не оставлял вниманием и в последующие годы: в 1878 году его хлопотами при училище был открыт специальный рукодельный класс, а спустя четыре года, в 1882 году, была учреждена стипендия его имени.
После смерти П. А. и Н. А. Белозеровых благотворительную эстафету подхватила дочь Николая Александровича - Серафима Николаевна, в замужестве Леденцова. В начале 80-х годов XIX века она являлась почетной попечительницей "родового" Успенского училища, а в последние годы жизни (с 1891 по 1897) перевела на его содержание более 2 тысяч рублей. С. Н. Леденцова не ограничилась помощью только Успенскому училищу: ее имя - в числе пожертвовавших значительные суммы в помощь ученикам губернской мужской гимназии и Вологодского реального училища. Но деятельность Серафимы Николаевны оказалась в тени мужа - Христофора Семеновича Леденцова. http://novlenskoe.prihod.ru/znaete_li_vy_chto.../view/id/1142570  
X. С. Леденцов был фигурой российского масштаба: по его инициативе в 1888 году в Вологде был открыт первый в России ломбард; он явился основателем "Общества содействия успехам опытных наук и практического их применения", открывшегося в Москве в декабре 1910 года и принесшего вологодскому купцу всероссийскую известность.
Вологжане же знали X. С. Леденцова не только как общественного деятеля, но и как человека, небезучастного к нуждам народного образования. Особенно близки ему были заботы о средней школе, и такая избирательность вполне объяснима: сам Христофор Семенович закончил Вологодскую губернскую гимназию (он был одним из немногих вологодских купеческих сыновей, получивших гимназическое образование в дореформенный период), своих сыновей, Христофора и Максимилиана, определил в реальное училище. Именно о реальном училище и его учениках больше всего и хлопотал Христофор Семенович: вместе с женой в 1880-е-1890-е годы он входил в состав Общества вспомоществования нуждающимся ученикам Вологодского Александровского реального училища. За щедрые пожертвования ему было присвоено звание почетного члена этого общества. Супруги сохранили членство в обществе и после переезда в Москву. Не забывал X. С. Леденцов и свою alma mater - Вологодскую губернскую гимназию, став одним из членов-учредителей и почетным членом Общества вспомоществования ее ученикам.
В списках учеников Вологодской губернской гимназии до 60-х годов XIX века редко можно было встретить купеческую фамилию: кроме Леденцова, это Иван Корелкин и Ардалион Витушешников, вот, пожалуй, и все. Вряд ли можно объяснить это лишь причинами материального порядка (купцов первой гильдии было немного) и препонами со стороны правительства. Свою роль сыграла и консервативность основной массы торгово-промышленного сословия, и сложившиеся традиции. Обычно купеческие, мещанские и крестьянские дети получали образование в приходских или Вологодском уездном училищах.
Свидетельство об окончании последнего имелось и у Владимира Андреевича Гудкова-Белякова - городского гласного и владельца одной из вологодских типографий. Он был известной личностью и в околошкольных кругах: более шести лет (до декабря 1875) он состоял попечителем 3-го городского мужского приходского училища, при котором благодаря его хлопотам в 1872 году было открыто женское отделение. Вот как рассказывает об этом событии инспектор училищ Вологодской губернии Е. Тимофеев: "По возбуждении вопроса об открытии женских классов при училищах г[орода] Вологды ревностный попечитель 3-го Вологодского приходского училища вологодский купец В. А. Гудков-Беляков однажды заезжает ко мне и выражает желание видеть при вверенном его попечению училище открытым не только класс для девочек, но самостоятельное женское отделение в особом от мальчиков помещении, и выразил готовность на свои средства заготовить необходимые для отделений училища принадлежности. По общем совещании порешено было, в ожидании средств из суммы общества, открыть при третьем училище самостоятельное женское отделение на счет единовременно и ежегодных пожертвований. При этом В[ладимир] А[ндреевич] взял на себя обязанности убедить хозяина дома... позволить ему произвести без участия хозяина необходимые переделки в доме, а кроме того, пожертвовать в пользу училища на содержание учительнице ежегодно от себя 30 р[ублей] и за свою супругу Юлию Николаевну, изъявившую готовность быть попечительницей предлагаемого открыться женского отделения, 30 р[ублей], а всего 60 р[ублей], начиная с 1 ноября 1871 года".
Внес Владимир Андреевич свою лепту и в поддержку малоимущих учащихся Вологодского реального училища, став одним из первых почетных членов Общества вспомоществования нуждающимся ученикам училища49, в котором некоторое время учился его сын Александр.
Один из сыновей В. А. Гудкова-Белякова - Николай - тоже отдал дань школьному попечительству: в феврале 1895 года он был избран попечителем 6-го городского приходского училища, сменив на этом посту Ф. Ульриха.
Сменяя друг друга на посту попечителей местных учебных заведений, вологодские купцы добровольно брали на себя дополнительную нагрузку - дело это было хлопотное. Так, согласно "Инструкции о начальных народных училищах" попечителям и попечительницам, избираемым на три года, вменялось в обязанность: контроль за порядком в училище, разрешение конфликтов между учителями и училищем, с одной стороны, и училищем и обществом. С другой, контроль за посещаемостью учебных занятий и церковных служб учениками и принятие мер по сокращению количества их пропусков и т. д. При этом, конечно, подразумевалась и материальная поддержка училища.
Понимая всю обременительность для делового человека этой должности, училищному совету оставалось надеяться, "что лица, служащие в сем звании или принимающие на себя последнее, не преминут послужить делу народного образования с наибольшей пользой"; "те из попечительниц, которые не в силах ничем заявить свою деятельность и не желают заявлять ее, сами откажутся от этого звания... и добровольно предоставят принять его другому лицу, действительно стремящемуся принести посильную лепту на пользу святого дела народного образования".
В разные годы попечителями вологодских городских приходских училищ были: Владимир Дмитриевич Семенов-Девятков, Павел Федорович Виноградов, Федор Корнильевич Быков, Николай Иванович Корелкин и др.
Их труд не оставался незамеченным. Иван Иванович Соколов, выпускник, а со временем и попечитель 1-го мужского городского училища Вологды, удостоился благодарности Вологодского уездного училищного совета "за благоустройство училища при значительных затратах из собственных средств... и совершенно обеспеченное положение в хозяйственном отношении училища...". Признательностью Вологодского губернского училищного совета в 1872 году была отмечена шестилетняя служба в звании блюстителя 1-го (впоследствии 2-го) Вологодского городского приходского училища и двухлетняя служба в звании члена Вологодского уездного училищного совета Ивана Михайловича Соковикова. Соковиков не оставлял без внимания ни одного ходатайства. Откликнувшись на личную просьбу инспектора училищ Вологодской губернии Е. Г. Тимофеева, он в 1871 году вместо жертвуемых на нужды образования ежегодно 30 рублей начал жертвовать 50 и, кроме того, выписал за свой счет для училищ города книг и пособий на сумму в 30 рублей. Звание личного почетного гражданина, присвоенное в мае 1914 года, - такова награда Федору Николаевичу Овечкину, в течение почти четверти века (с 1892 по 1916) исполнявшего обязанности попечителя 1-го городского приходского училища.
Особое место в ряду вологодских купцов - радетелей о народном образовании занимает Дмитрий Сергеевич Пермяков, без которого невозможно представить развитие профессиональной школы не только в Вологде, но и во всей губернии. К идее создания школы ремесленных учеников, или, как ее подчас называют, Вологодской технической школы, Пермяков пришел не сразу. Немало поездив по региону (Череповец, Пошехонье), с 1870-х годов Дмитрий Сергеевич обосновывается в Вологде. Обладая большим жизненным опытом, он понимал необходимость иметь профессиональные навыки в любом деле, будь это работа по дому или какое-то ремесло. Свои убеждения он претворил в жизнь: пожертвовал двухэтажный дом в селе Пошехонье Ярославской губернии и деньги в сумме 10 тысяч рублей для устройства женского детского приюта, осуществлявшего подготовку домашней прислуги. Но это, как и участие в работе Вологодского общества земледельческих колоний и ремесленных приютов (с начала 1880-х годов Пермяков входил в его совет), пожертвования в пользу нуждающихся вологодских "реалистов" и учеников мужской гимназии, лишь этапы на пути главного дела его жизни.
В своем завещании (1894) Д. С. Пермяков отказывает 100 тысяч рублей в собственность Вологодского ремесленного приюта и состоящего при нем убежища для детей с тем, чтобы на проценты с этой суммы было "расширено дело обучения ремеслам поступающих в убежище, а затем в приют детей. Обучение должно касаться производства ремесленным способом разных сельскохозяйственных инструментов и орудий из чугуна, железа и дерева, полевых, маслобойных, сыроваренных и др.". Большая часть суммы (9/10) должна была пойти на приобретение материалов и содержание мастеров. В завещании особо было оговорено, что изготовленные учениками инструменты и орудия "должны продаваться бедным крестьянам Вологодского уезда по своей цене, то есть по стоимости одного материала, а достаточным крестьянам губернии - по ценам доступным, с небольшою пользою, поступающею на усиление средств приюта". Оставшаяся сумма должна была пойти на расширение зданий приюта. Оговорены были в завещании и сроки: учебное заведение должно было открыться не позднее 1910 года, в противном случае указанная в завещании сумма была бы передана на другие цели.
Открытие школы ремесленных учеников им. Д. С. Пермякова состоялось 21 ноября 1910 года. Первоначально обучение велось лишь в одном классе - столярной мастерской, а спустя три года все 4 отделения (слесарно-кузнечное, столярное, столярно-токарное и литейное) распахнули свои двери.
В феврале 1914 года школа переехала в новое благоустроенное здание (с электроосвещением и водяным отоплением), что дало возможность в следующем учебном году увеличить набор до 100 человек. Находилась школа ремесленных учеников под патронажем Министерства народного просвещения и Вологодского благотворительного общества. Наряду с четырехгодичным образованием, уставом предусматривалось устройство при школе постоянных курсов практикантов, куда принимались не только ученики, которые были не в состоянии освоить теоретический курс, но и те, кто по образованию и возрасту не могли быть зачислены в школу.
В своем завещании Дмитрий Сергеевич позаботился и о наиболее способных и перспективных учениках, учредив для воспитанников Вологодского ремесленного приюта специальную стипендию в Череповецком техническом училище. Кроме того, один из выпускников 5-го вологодского приходского училища, "сын бедных родителей, обнаруживший хорошие успехи и пользующийся здоровьем", мог претендовать на стипендию имени Д, С. Пермякова в Московском Комиссаровском техническом училище.
В память о своем достойнейшем члене Вологодское благотворительное общество в 1896 году приняло решение ежегодно в день смерти Д. С. Пермякова служить панихиду с приглашением членов его семейства во всех подведомственных обществу заведениях.
Идея необходимости профессионально-технического обучения юношества, так близко к сердцу принятая Д. С. Пермяковым, буквально носилась в воздухе. И торгово-промышленное сословие было в этом кровно заинтересовано: все острее нуждалось оно в квалифицированных кадрах. Удовлетворить эти потребности призвана была Вологодская торговая школа, готовившая бухгалтеров и конторщиков. На ее открытии 29 августа 1909 года в числе почетных гостей был вологодский купец и городской голова, один из отцов-основателей школы Сергей Михайлович Яковлев. Заслуга С. М. Яковлева не только в том, что в течение двух лет, временно исполняя должность главы городского самоуправления, он всемерно поддерживал идею создания в губернском центре нового учебного заведения, но и в том, что в организационный период (с 10 ноября 1908) он возглавлял Попечительный совет школы.
Попечительство было для Сергея Михайловича делом уже знакомым: в 1900-1903 годах Яковлев - попечитель 6-го городского приходского училища, в 1903 -1909 годах - председатель Попечительного совета женской прогимназии. И все же наиболее плодотворной оказалась его деятельность именно на посту главы Попечительного совета торговой школы, особенно в начальный период ее существования. Как председателю совета, ему приходилось принимать участие в решении вопросов об избрании инспектора, разработке учебных планов и программ, подыскивании соответствующего помещения для школы и оборудовании ее мебелью и учебными пособиями. Позже, после организационных хлопот, главной задачей совета и его председателя стало изыскание средств на содержание школы. Благодаря просьбам Вологодской городской думы, совета, личному ходатайству его председателя и одного из членов, ежегодное пособие школе от Министерства торговли и промышленности с 1912 года было увеличено до 4 тысяч рублей. С. М. Яковлев не порвал своих отношений со школой и после отставки с поста "лорд-мэра", продолжая возглавлять Попечительный совет до 1916 года.
Усилия совета и его председателя не были бы плодотворными без поддержки городской думы, которая своим решением увеличила сбор на содержание школы с промысловых свидетельств с 5 до 10 процентов, в результате чего материальное положение учебного заведения значительно упрочилось. Свою лепту в поддержку торговой школы внесла и общественность: Вологодское общество сельского хозяйства, Вологодское общество взаимного страхования от огня имуществ, Вологодское отделение Русского для внешней торговли банка и другие имели в ней своих стипендиатов. В числе учредителей стипендий значилось и Вологодское купеческое общество: в 1912/1913 учебном году оно имело трех, а спустя год - четырех стипендиатов.
Уже упомянутые объекты внимания вологодских купцов - радетелей о народном образовании: гимназии, реальное училище, торговая и ремесленная школы, приходские училища - находились в ведении Министерства народного просвещения. В то же время сетью учебных заведений располагало и духовное ведомство. В Вологде в начале XX века в нее входили: 14 церковно-приходских училищ, Вологодское духовное училище, духовная семинария и Вологодское женское епархиальное училище, игравшие заметную роль в жизни города и традиционно пользующиеся вниманием местного купечества.
Устойчивость симпатий к ним вполне объяснима: чуткое ухо обывателя улавливало одобрительное отношение правительства к учебным заведениям, подведомственным Синоду. Высокопоставленные чиновники подчеркивали, что духовно-нравственное развитие народа составляет краеугольный камень всякого государственного строя и не может быть достигнуто без предоставления духовенству преобладающего участия в заведовании народными школами. В Вологодской губернии эту позицию активно отстаивал губернатор М. Н. Кормилицын, за особые заслуги (по представлению обер-прокурора Святейшего Синода) утвержденный в звании почетного попечителя церковно-приходских школ Вологодской епархии. Посредством циркуляров, письменных и словесных обращений к земствам, городам и отдельным лицам он "старался о скорейшем насаждении церковных школ в губернии и об обеспечении их со стороны земства".
Активно-напористая позиция губернатора имела лишь временный успех. Уже к 1912 году школы гражданского ведомства в губернии значительно превосходили по численности епархиальные: на 1009 светских школ приходилась 741 церковно-приходская.
Не будем гадать, кто из вологодских купцов был сторонником гласного губернского земского собрания А. А. Попова, утверждавшего, что земские школы дают воспитание в "немецком духе", "возбуждают в ученике недовольство окружающею их обстановкою ... и выходящие из них ученики не особенно склонны уважать старших". Для большинства из них поддержка церковно-приходских школ - это наиболее естественный и короткий путь помощи начальной школе, поскольку с церквями, при которых эти школы и создавались, их связывали давние и прочные узы.
Так, Фридрих Асмусович Буман не один выборный срок пробыл старостой Ракулевской Воскресенской церкви Вологодского уезда, и кому как не ему было стать попечителем одноклассной приходской школы при ней. Вступив в эту должность, он вошел в круг лиц, "обнаруживших особую ревность в распространении народного образования в духе православной церкви" и оказывавших "всеми возможными для них способами поддержку благим начинаниям местного духовенства в деле церковно-православного просвещения народа". За эту "особую ревность" в 1904 году он был награжден серебряной медалью на Станиславовской ленте. Высокая оценка утвердила его в правильности выбранного пути: в последующие годы Буман сохранял за собой должность попечителя и по мере своих финансовых возможностей всячески помогал бедным ученикам.
Этот путь из церковных старост в попечители школы при приходской церкви типичен. Еще раньше Бумана его прошел вологодский купец Павел Яковлевич Романовский, церковный староста городской Кирилло-Рощенской церкви. 4 октября 1871 года состоялось открытие дома для церковного причта и церковно-приходского училища при нем, ставшее событием далеко не ординарным. "Вологодские епархиальные ведомости" отметили его как "единственный пример в Вологде, замечательный тем более, что Кирилло-Рощенская церковь и приход ее не из числа богатых в городе и что постройка дома и учреждение училища есть дело главным образом одного лица, также не из числа богатых. Почин в этом благом деле, все заботы и большая часть расходов по постройке дома принадлежат... церковному старосте Кирилло-Рощенской церкви, достопочтенному Павлу Яковлевичу Романовскому. Сочувствие и содействие этому делу оказал только прихожанин этой церкви вологодский помещик ... Дмитрий Федорович Резанов". Вновь открытое училище было рассчитано на 30 человек и спустя неделю после торжественного освящения дома приняло первых учеников. Через месяц после открытия школы ее посещало уже более полутора десятков детей.
Впрочем, был еще один путь участия в развитии сети церковно-приходских школ, не особенно обремененный заботами: можно было внести деньги в губернский комитет по образованию строительного фонда для церковных школ Вологодской епархии. В числе почетных его членов был временный вологодский купец Андрей Николаевич Буторов, среди членов-соревнователей - Григорий Александрович Грачев. Правда, этот путь имел и свои отрицательные стороны: от момента внесения денег до их реального использования проходило очень много времени. Именно поэтому наиболее состоятельные вологодские купцы предпочитали сами строить школы, нередко возводя их в родных местах.
Решение построить на свои средства школу в родном Шелыгине пришло к Виктору Ивановичу Грачеву не сразу. В 1890-х годах он лишь примеривался к "школьному делу": вступил в Общество вспомоществования бедным ученикам Вологодского реального училища, затем принял на себя должность почетного блюстителя двухклассного министерского Стрелицкого училища.
12 ноября 1900 года стал для В. И. Грачева знаменательным днем: в селе Шелыгине Вологодского уезда была открыта двухклассная церковно-приходская школа, единственная в Вологодском уезде построенная целиком на частные деньги. Грачев потратил на строительство солидную сумму - 18 тысяч рублей. На открытие школы съехался весь цвет вологодского общества: вице-губернатор А. П. Лаппа-Старженецкий с супругой, уездный предводитель дворянства А. И. Эндоуров, директор реального училища Н. А. Артемьев, вологодский городской голова Н. А. Волков и др. Литургию в храме села Шелыгино совершал преосвященнейший Алексий, епископ Вологодский и Тотемский, в сослужении кафедрального протоиерея Н. Якубова, ректора семинарии А. Агрономова и пр. В службе принимал участие архиерейский хор.
"Ревность о народном образовании в духе православной христианской церкви" по достоинству была оценена присутствующими, а епархиальный наблюдатель назвал священным долгом учителей и воспитателей школы "приучить своих учеников каждодневно - и утром и вечером - всею школою молиться о здравии и благоденствии ... раба Божия Виктора, много потрудившегося над устроением здания для сей школы и тем содействовавшего ее учреждению".
Вновь открытому учебному заведению предназначалось стать своеобразным школьным центром уезда, так как в него принимались для продолжения образования ученики, окончившие курс одноклассных школ различных ведомств; при школе было общежитие, где за умеренную плату можно было получить и стол.
Благодаря школе и Шелыгинский храм получил вторую жизнь. Отныне в воскресные и праздничные дни ему предстояло оглашаться пением детского хора: в программу школы было введено обучение церковному пению в довольно большом объеме.
Шелыгинская церковно-приходская школа была двухклассной, то есть церковной школой высшего типа. Такие школы стали возникать в середине 90-х годов XIX века и предназначались для подготовки благонадежных и опытных учителей и учительниц для школ грамоты, которые планировалось учредить по отдаленным и глухим поселкам и деревням.
На реализацию этих планов требовалось время, пока же в отдаленных школах нередко единственным учителем был священник местной церкви. С учетом этого возрастали требования к низшему духовенству и, как следствие, усиливалось внимание общества к готовившим это духовенство учебным заведениям, которые имелись в Вологде, - духовному училищу и семинарии.
Одно из старейших учебных заведений города - Вологодская духовная семинария - во второй половине XIX - начале XX века практически ежегодно получало спонсорскую помощь от вологодского купечества. Наиболее значительные суммы были пожертвованы уже упомянутым Павлом Яковлевичем Романовским, в течение шести лет (с 1868 по 1874) занимавшим должность почетного блюстителя семинарии по хозяйственной части и изъявившим желание ежегодно жертвовать в ее пользу до 200 рублей. Оказывал материальную помощь и Алексей Николаевич Гусев, выполнявший те же обязанности в 1915 году.
Последний был также в числе тех, кто не остался безучастным к призыву епархиального училищного совета о помощи в сборе средств на строительство особого здания для образцовой начальной женской школы при Вологодском епархиальном женском училище. Гусев передал на это благое дело 100 рублей, такую же сумму пожертвовал Ф. А. Варакин, вдвое больше - 200 рублей - внес Н. П. Кубряков, не остались в стороне и другие.
Подлинным покровителем открывшегося в 1888 году Вологодского женского епархиального училища являлся пошехонский и временный вологодский купец Иван Дмитриевич Свешников. В 1896 году он стал почетным блюстителем училища по хозяйственной части и сохранил за собой эту должность до 1915 года. Активной его помощницей была жена, Евгения Николаевна, разделившая с мужем хлопоты: она не только согласилась принять на себя такую же должность в означенном училище, но с открытием при нем образцовой школы для практических занятий старших педагогических классов приняла предложение стать ее попечительницей с того же 1896 года.
Пик активности вологодского купечества в деле всемерной поддержки народного образования пришелся на конец XIX - начало XX века. К этому времени не только начальная, но и средняя школа стала "своей": купеческие дети обучались в гимназии, реальном училище, затем получали высшее образование - это становится обычным делом в вологодской купеческой среде. Так, сыновья Якова Никифоровича Масленникова - Василий, Александр и Владимир - учились в Санкт-Петербургском университете, Дмитрий и Николай получили дипломы Санкт-Петербургского практического технологического института, получила медицинское образование и затем работала врачом в Мариинской женской гимназии дочь Мария. Дал высшее образование наследникам и Филадельф Иванович Брызгалов: оба его сына закончили Харьковский технологический институт; две дочери Якова Яковлевича Юшина поступили на Высшие женские курсы и т. д.
Закончив вузы, купеческие отпрыски возвращались в родные гнезда и, помня свои ученические годы, чувствовали потребность помочь малообеспеченным ученикам выпестовавших их учебных заведений. Не случаен бурный рост обществ вспомоществования различным учебным заведениям края: в 1880 году открылось Общество вспомоществования нуждающимся ученикам Александровского реального училища, в 1885 - подобное в Вологодской мужской гимназии, в 1889 году - в Мариинской гимназии и др. Все эти общества оказывали помощь малообеспеченным ученикам в приобретении одежды и учебников, организовывали бесплатные столовые и экскурсии, учреждали стипендии и выдавали денежные субсидии. Вологодские представители торгово-промышленного сословия сочувствовали делу народного образования и чтили правила, поэтому их представительство в обществах вспомоществования всегда было значительным. Так, в составе Общества вспомоществования нуждающимся ученикам Вологодской гимназии в первые два года его существования было 10 представителей вологодских купеческих фамилий, или 20 процентов его состава. Еще более весомым было купеческое представительство в Обществе вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды: из 97 вологжан, вступивших в него вскоре после его учреждения, около тридцати - купцы или выходцы из купеческого сословия, в том числе А. Я. Бурлов, М. Д. Алов, В. И. Грачев, И. С. Меньков и др. Не обходились без купеческого присутствия и руководящие органы этих обществ: так, в 90-е годы XIX века членом правления и почетным членом по взносам Общества вспомоществования нуждающимся ученицам Мариинской женской гимназии был Николай Никитич Киселев, председателем правления Общества вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды (1909-1910), членом правления Общества вспомоществования учащимся торговой школы (1912) и Общества вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды (с 1915) был вологодский купец Владимир Иванович Свешников.
В околошкольной среде хорошо было известно имя и Александра Ефимовича Владимирова. 20 декабря 1909 года на общем собрании членов Общества вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды за единовременный взнос в сумме 100 рублей он был избран его пожизненным членом. Имел Владимиров и свою именную стипендию в Вологодской мужской гимназии: на эти цели он пожертвовал 4,8 тысячи рублей с тем, чтобы ежегодные 4 процента с этой суммы поступали в пользу гимназии. Надо отдать ему должное: его стипендия была крупнейшей из существовавших в то время 23 гимназических стипендий.
Этнический состав вологодского купечества был неоднороден: преобладали русские, немногочисленны были евреи и обрусевшие иностранцы. Причем еврейская община нашего города играла заметную роль в его жизни. В сферу ее влияния попала и школа.
Если в предвоенный период местные купцы-евреи оказывали помощь русской школе, то с появлением собственных учебных заведений сосредоточили основное внимание на потребностях последних. Наиболее характерным примером смены приоритетов является Гершен Хаимович Раскин. За солидные взносы он был избран в 1909 году пожизненным членом Общества вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды и членом его правления. Однако с началом Первой мировой войны, когда в Вологду хлынули беженцы, среди которых было немало евреев, и встал вопрос о создании еврейского училища, Раскин взял на себя хлопотную должность председателя его Попечительного совета. А забот хватало: нужно было найти и оборудовать помещение, достать необходимую учебную литературу, которую вряд ли можно было отыскать в вологодских книжных магазинах или взять в городской общественной библиотеке.
И еще одно знамение времени - в конце XIX - начале XX века мы видим обилие женских имен в списках уже неоднократно упомянутых благотворительных обществ: Градислава Ивановна и Мария Яковлевна Масленниковы, Екатерина Александровна Пермякова - члены-соревнователи Общества взаимного вспомоществования учащим и учившим в народных училищах Вологодской губернии; Вера Филадельфовна Брызгалова, Елизавета Дмитриевна Суконщикова, Любовь Ивановна Воденко, Евдокия Макаровна Гусева и другие состояли в Обществе вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды, а Мария Александровна Юшина была в нем товарищем председателя.
В списке действительных членов одного из популярнейших среди вологжан благотворительных обществ - Общества вспомоществования нуждающимся ученицам Вологодской Мариинской женской гимназии - и имя Анны Петровны Волковой, жены вологодского городского головы Николая Александровича Волкова.
Этот человек, казалось, не оставил без внимания ни одну мало-мальски значимую акцию в поддержку народного образования. И дело не только в занимаемой им долгое время (1893-1906 и 1909-1916) должности городского головы, это - одна из особенностей его характера. В стремлении помочь жаждущим знаний он был поистине неутомим и вездесущ: решается ли дело об учреждении стипендии памяти недавно умершего директора мужской гимназии М. С. Алюхина - от него тотчас поступает 100 рублей; встает ли вопрос о строительстве нового здания Вологодской Мариинской женской гимназии - он в составе строительной комиссии; Обществом вспомоществования нуждающимся учащимся в народных училищах города Вологды открывается детская площадка - он принимает посещающих ее детей в своей пригородной усадьбе Осаново.
Вряд ли в купеческой среде нашего города найдется еще кто-то, кто мог бы соперничать с Волковым в размахе его деятельности на ниве народного образования: почетный член Общества взаимного вспомоществования учащим и учившим в народных училищах Вологодской губернии, полтора десятилетия (с 1901 по 1916) он исправлял должность почетного попечителя Александровского реального училища119, в 1885-1887 годах принимает на себя попечительство над 3-м и 4-м мужскими и 2-м женским приходскими училищами города Вологды, служба в качестве члена Вологодского уездного отдела епархиального училищного совета (1902-1916), казначея Общества вспомоществования нуждающимся ученицам Вологодской Мариинской женской гимназии, наконец, в марте 1911 года Министерство народного просвещения назначает его членом Попечительного совета школы ремесленных учеников им. Д. С. Пермякова.
Анна Петровна в вопросах поддержки школы была солидарна с мужем. Однако она сосредоточила свои усилия на помощи Вологодскому Успенскому приходскому женскому училищу, попечительницей которого состояла более 20 лет. В декабре 1898 года ее деятельность на этом посту была отмечена золотой медалью "За усердие" на Станиславовской ленте для ношения на шее. Ни до нее, ни после, ни одна из представительниц вологодского купеческого сословия не была удостоена столь высокой награды.
Итак, названы самые известные имена вологодских купцов-благотворителей, "радетелей народного образования". Обозначены основные направления их деятельности, прежде всего материальной поддержки начальных и средних учебных заведений губернии. И все же отразить весь спектр деятельности благотворительных организаций, ставивших в числе приоритетных задач помощь малоимущим вологжанам в получении образования, нельзя без хотя бы краткого упоминания о православных приходских братствах и церковно-приходских попечительствах при вологодских городских церквях, которые одно за другим возникали на рубеже XIX-XX веков: Иоанно-Предтеченское благотворительное братство (1894), приходские попечительства при Вологодской Владимирской церкви (1900) и Николаевской церкви, что во Владычной слободе (1899), православное приходское братство при Благовещенской церкви города Вологды (1896) и др. Цель их создания - оказание духовно-нравственной и материальной помощи нуждающимся прихожанам, причем под материальной помощью подразумевались не только раздача одежды, муки, плата за квартиру, но и оплата обучения детей. Подчас такие общества брали на себя труд по открытию и содержанию церковноприходских школ. Открытие такой одноклассной школы состоялось, например, в 1897 году при Благовещенском приходском братстве. Членами этого общества были вологодские купцы Дмитрий Кириллович Девятков, Кирилл и Василий Александровичи Коковашины, Галина Степановна Грачева и др. Наиболее заметными фигурами в нем, наряду с протоиереем Сиземским, были купцы Александр Яковлевич Бурлов, Иван Иванович Смирнов и Василий Никифорович Сидоров, вносившие регулярно пожертвования на нужды прихода. На правах церковного старосты должность казначея в церковно-приходском попечительстве при Вологодской градской, что во Владычной слободе, церкви была оставлена за Павлом Федоровичем Клушиным, а его брат Иван входил в состав его действительных членов. Вместе с ними участие в делах попечительства принимали Семен Федорович Шмагин, Владимир Николаевич Львов, Михаил Асигкритович Королев и Николай Павлович Порозов. Ходатайства о материальной поддержке учащихся старалось удовлетворить и чисто сословное Вологодское Александровское купеческое благотворительное общество. Параграфом 6 своего устава оно провозгласило, что "относительно несовершеннолетних лиц... Общество главнейшее имеет в виду дать им образование научное или практическое и в этих видах помещает детей с согласия начальника семейства или воспитателя в общие и специальные (коммерческие и технические) учебные заведения".
Таким образом, вологодское купечество своей активной благотворительной деятельностью в сфере народного образования сумело внести немалую лепту в дело создания и укрепления школьной системы в нашем крае. Взаимоотношения купечества и школы формировались постепенно: от осознания необходимости образования и оказания материальной помощи учебным заведениям отдельными меценатами в первой половине XIX века до подлинно массовой и всеобъемлющей поддержки вологодским торгово-промышленным сословием дела народного образования на рубеже XIX-XX веков. Наряду с торговлей или заводским производством делом всей жизни становилось и оказание всесторонней помощи учащимся-вологжанам. Каждый из вышеупомянутых купцов-благотворителей, пожалуй, смело мог бы подписаться под заявлением московского купца Н. Полевого, опубликованном в "Московском телеграфе" в 1829 году: "Я купец и горжусь, что принадлежу к сему почтенному сословию, которое, уступая, быть может, другим в образовании, никому не уступит в желании добра Отечеству, в деятельной ревности просвещению".
Козина Г. Н. http:// http://www.booksite.ru/education/main/history/3.htm


Назад к списку